«Я словно в заморозке», — говорит Настя. На улице один сезон сменяет другой, а у нее звук капельницы отмеряет минуты, которые складываются в часы и дни. По трубочкам от концентратора бежит кислород. Восемь литров в минуту. Такая сила воздушного потока нужна тем, у кого уровень кислорода без поддержки падает ниже 80%. А ведь даже при 90% у человека кружится голова, слабость не позволяет пройти дальше нескольких метров, мучает одышка.

«От концентратора далеко не отойдешь. Даже с переносным прибором могу только выйти из подъезда, немного подышать, и обратно. Последнее время не выхожу».

Силы, которые удается сэкономить на дыхании через концентратор, уходят на борьбу за выдачу лекарств.

Настя прикреплена к медицинской организации в Екатеринбурге. Приходится удаленно решать бюрократические вопросы и «выбивать» каждую упаковку лекарств: ферменты, муколитики, антибиотики.

«Возможно, было бы проще добиться выдачи препаратов на месте, но мне нужно быть здесь, в Москве. Да и не верю, что смогла бы ускорить прохождение документов через прокуратуру и суды.

У каждой бумажки срок получения ответа — тридцать дней. Любое неточное слово в заявлении возвращает тебя к первоначальному этапу — подавай заново. Все это очень тяжело.

А пока идут суды, лекарства приходится искать самим».

Препараты для ингаляций и капельниц стоят дорого. Если посчитать сумму, потраченную на расходники — иглы, катетеры, пластыри — и прибавить стоимость ферментов и специализированного питания, от итоговой цифры становится страшно. Непонятно, как всего лишь на две пенсии Настя и мама умудряются выкраивать хоть что-то на еду...

К тому же сейчас решается вопрос с арендой московской квартиры, в которой живет Настя. Сможет ли она и дальше находиться рядом с больницей и ждать вызов на спасительную операцию, зависит от того, удастся ли собрать деньги. Зависит, по сути, от неравнодушных людей. Больше семье помочь некому.

Друзья, мы продолжаем сбор на аренду маленькой квартиры рядом с центром трансплантологии еще на 15 месяцев для Насти и ее мамы.

Давайте поможем Насте дождаться спасительной операции! Пусть она наконец вздохнет свободно.