Пережить трансплантацию

Валерии двадцать пять лет, но выглядит она совсем как ребенок. Круглолицая такая – возможно, в связи с применением гормональных препаратов – и разговаривает с детскими интонациями, но это уж никакими препаратами не объяснишь.

Валерия удивляется: как же это так, ничего еще в жизни не произошло, ни семьи, ни любви, ни детей, ни карьеры, только мама – и вот на тебе – рак.

Она болеет раком крови второй раз. Рецидив, так бывает. И у нее стратегия выживания – помогать другим.

Валерия встречает в отделении лейкозов Гематологического научного центра людей, заболевших раком крови недавно, и рассказывает им, как все будет. Что они будут чувствовать на химиотерапии.

Как они будут ощущать себя, когда им будут делать пункцию. Какие бывают осложнения. Каково это, когда после химии восстанавливаются клетки крови. Как после лечения жить на поддерживающей терапии. Как приходить в клинику на проверки…

Эти рассказы довольно бессмысленны. Потому что люди по-разному чувствуют себя на химиотерапии – кого-то просто немного подташнивает, а кому-то плохо, хоть сдохни.

И пункцию тоже люди переносят по-разному – кто-то легко, как простой укол, а кто-то, испытав один раз, боится ее больше смерти.

И на поддерживающей терапии люди живут не одинаково. Кто-то сразу выходит на работу и самостоятельно делает себе поддерживающие уколы в офисном туалете, а кто-то год лежит дома, не в силах выйти на улицу и даже собрать мысли.

И на проверки после лечения кто-то ходит просто узнать, что выздоровел, а кого-то болезнь не отпускает, мучает по второму кругу, по третьему…

Рассказывать онкологическим больным, как все будет – довольно бессмысленно. Никто не знает, как все будет. Рассказывать с утешительной интонацией: дескать, не бойтесь, все будет хорошо – нужно только рассказчику.

Это такой механизм психологической защиты, чтобы не выброситься из окна, не сумев вместить в голове, что вот, тебе двадцать пять лет, а у тебя ни семьи, ни любви, ни карьеры, а только рак крови, причем второй раз.

Валерия подсознательно убедила себя, что если станет помогать другим, утешать и успокаивать, то Бог, судьба, природа (или кто там отвечает за рак крови у молодых девушек?) смилостивится над ней и отпустит здоровой строить семью, любовь и карьеру.

В психологических книгах эта торговля с судьбой описана неоднократно. Тяжело болеющие люди верят подсознательно, что если будут помогать другим, то за свой альтруизм заслужат от судьбы прощение.

На самом деле нет. На самом деле рецидив рака крови лечится трансплантацией костного мозга. Надо найти подходящего донора, забрать у него костный мозг и перелить пациенту. И тогда рак пройдет с вероятностью 50%.

В своем альтруизме Валерия дошла даже до того, что пыталась отказаться от трансплантации, потому что у ее мамы совершенно нет денег, чтобы оплатить поиск донора. Но альтруизм не помогает. Альтруизм никак не влияет на результат лечения. Надо найти донора и пережить трансплантацию.

Поиск донора для Валерии стоит 400 000 рублей. Из этой суммы БФ «Фонду борьбы с лейкемией» осталось собрать 250 000 рублей.

Помогите Валерии. Пусть она рассказывает новеньким пациентам каково это – пережить трансплантацию.