Лишь месяц на поиск лекарства

Наташе Бородуле нравилось быть юристом. Ей двадцать семь лет – совсем молодая, но она уже всерьез работала по специальности у себя в Брянске – сначала в службе судебных приставов, потом в местном управлении министерства юстиции.

Наташе нравилось, что на любой случай жизни обязательно есть закон, который защищает человека от обмана, от произвола сильных, от несправедливости. Ей нравилось изучать эти законы, следить за их изменением и применять в отношении конкретных людей.

Но вдруг у Наташи умер отец, которого она любила. И никаких механизмов оспорить несправедливость его внезапной смерти не было. Не было кассационной инстанции или надзорных органов, чтобы подать жалобы со словами: «У меня умер папа».

На смерть отца Наташа не могла реагировать как юрист и поэтому реагировала как девочка — плакала целыми днями. Лежала, отвернувшись к стене, и даже заболела от горя отчаянным затяжным гриппом.

Грипп долго не проходил, Наташа сдала анализы крови и получила диагноз — «острый монобластный лейкоз». «Господи, как сказать маме?» — подумала Наташа и только потом сообразила, что надо испугаться не только за маму, но и за себя. Это ведь у нее лейкоз.

С лейкозом тоже никак нельзя было справиться юридически. Никакой суд не может отменить лейкоза. Более того, Наташе понадобилась трансплантация костного мозга, но и здесь не было закона, который гарантировал бы человеку, что ему найдут донора.

Иногда Наташа брала себя в руки и думала, что никто, конечно, не может знать своей судьбы, но все равно следует делать, что должно.

Например, нужно попросить маму поехать в Москву и договориться о консультации в Гематологическом научном центре, потому что у самой нет сил ехать и договариваться. А когда консультация назначена, нужно попросить приятеля отвезти Наташу в Москву на машине.

И если врачи говорят, что нужна трансплантация костного мозга и поиск донора за 23 тысячи евро, то нужно попросить друзей помочь. Они, конечно, не наберут всю сумму, но треть наберут. Иногда Наташе хватало сил действовать.

Сотни людей, совсем не знакомых с Наташей, прониклись ее историей и собрали через «Фонд борьбы с лейкемией» недостающие 17 тысяч евро на трансплантацию.

И теперь, когда главное препятствие на пути к здоровью позади, когда найден донор аж в Германии и оплачены все счета, когда у друзей совсем не осталось денег, чтобы собрать еще – Наташе вновь придется сражаться.

Она слаба и беззащитна перед любой инфекцией после трансплантации костного мозга, а ей придется обивать пороги комитета здравоохранения Брянской области, чтобы получить жизненно важный препарат Ноксафил.

Да, Ноксафил включен в список жизненно необходимых лекарственных препаратов, но на пути к получению всегда почему-то встает это пресловутое «но».

Но в Брянской области много людей, больных лейкозом, и Ноксафила на всех не хватает. Но в конце года никто не будет заниматься торгами, чтобы закупить лекарство дополнительно. Но заявку обычно рассматривают максимально долго, а финансирования к концу года уже не осталось.

А Ноксафил нужен Наташе сейчас, срочно, сегодня.

Врачи Гематологического научного центра пообещали, что постараются продержать Наташу в больнице максимально долго и обеспечить на это время ее этим препаратом. Но максимально долго – это месяц.

У «Фонда борьбы с лейкемией» и Добра Mail.Ru есть ровно месяц, чтобы собрать 320 000 рублей на восемь упаковок Ноксафила для Наташи – по четыре упаковки в месяц.

С первого же рабочего дня в новом году Наташа будет сидеть в очередях, ходить по кабинетам и просить неповоротливую госмашину не дать ей умереть. А пока спасти ее можем мы с вами. Больше ей рассчитывать не на кого.