Четыре года в четырех стенах

2008 год. Дальний Восток. Диме двадцать. Он мчит за рулем своего автомобиля, с ним его девушка, он уверен в себе, весел, умен, планирует сделать карьеру на государственной службе.

И он совсем не верит словам московского врача о том, что он – обречен, и что спасти его может только пересадка легких. Нет, Дима уверен: у него все только начинается!

«Машины и девушки – вот, что интересовало меня тогда», – «тогда», в том самом 2008 году, Дима узнал, что спасти ему жизнь может только пересадка легких.

Дело в том, что у него муковисцидоз – сложное генетическое заболевание, которое поражает его внутренние органы. Особенно сильно болезнь повлияла на работу легких Димы.

В них скапливается слизь, и ему сложно дышать. Легкие, можно сказать, изнашиваются – причем, с такой скоростью и активностью, что спасти Диму, действительно, может только операция.

В 2010 году Майя Сонина, директор Фонда «Кислород», передала Диме его первый в жизни кислородный концентратор.

Без этого устройства самостоятельно дышать Дима не может, прибор необходим ему постоянно, пока он ждет важнейшей в жизни новости – сообщения о том, что донор легких нашелся.

Позвонить из больницы Диме могут в любой момент, поэтому буквально каждую минуту ему нужно быть начеку. Нужно быть готовым собраться и поехать на операцию. Потому что между звонком и самой пересадкой должно пройти не больше четырех часов.

Впрочем, все это Дима узнал позже. А тогда, в 2010 году, с тем самым подаренным ему концентратором Дима вернулся из Москвы, из НИИ Пульмонологии, в свой родной Хабаровск.

Тогда он все еще не верил врачу, а верил в то, что все у него только начинается, что глагол «обречен» – уж точно не про него.

Поработать в администрации Дима так и не успел. Все как-то вдруг быстро скомкалось. Прежние планы и мечты отошли куда-то далеко, здесь и сейчас предстояла только борьба за жизнь. Муковисцидоз все сильнее мешал Диме дышать.

В 2015 году Диме пришлось продать машину, чтобы купить билеты на поезд в Москву и новый кислородный концентратор. За пять лет старенький прибор отработал свое.

Также деньги были нужны Диме, чтобы обосноваться в Москве первое время. Потому что вернуться домой без новых легких Дима уже не мог. Чувствуя себя необычайно плохо, он понимал это уже и сам, без рекомендаций врача.

«Машину жалко… хотя нет! У меня будет новая!» – так Дима говорит сегодня, спустя четыре года ожидания пересадки легких, находясь в четырех стенах съемной московской квартиры.

Он живет безумно далеко от дома, от отца, от друзей. Он живет уже вообще без каких-либо обещаний от врача – не зная даже примерно, когда состоится долгожданный звонок с вызовом на операцию. Он, конечно, не ожидал, что будет так долго. Но он и не раскис.

​​​​​​​«Что мне помогает? Сложно сказать... надежда... раньше помогала любовь, но она ушла», – предательство любимой девушки Дима воспринял стойко и с пониманием. Слишком долго ждать – не каждому под силу пройти этот трудный путь.

Дима не впал в отчаяние и когда узнал, что у Фонда «Кислород», который последние два года оплачивает съемную квартиру, в которой он с мамой ждет звонка, больше нет денег, чтобы им помогать.

«Я люблю преодолевать трудности и начатое никогда не бросаю, довожу до конца. Такой я человек».

Фонд «Кислород» тоже не бросает начатое и собирает 336 000 рублей, чтобы оплатить съемную квартиру Диме еще на год.

И сотрудники фонда, и сам Дима очень надеются, что ожидание будет короче, но после операции ему нужно будет минимум месяц оставаться в больнице, а потом минимум два месяца находиться в Москве под наблюдением врача.

Димин настоящий дом – буквально на другом конце света, и там, увы, нет врачей-пульмонологов. А Дима не может уехать домой без уверенности, что все сделал правильно. Что все сделал до конца.

Ведь ему всего 31 год, и он по-прежнему верит: все у него только начинается.