Нельзя бросать Юлю

Юля Московская – это имя и фамилия. А живет Юля в Зеленограде. Молодая и красивая. Работает в компании «Вертолеты России» специалистом по закупке запчастей. Замужем. Муж Антон — учитель истории. И маленький сын Максим. Он был грудной, когда Юля заболела лимфомой Ходжкина.

Вообще-то лимфома Ходжкина – это хоть и рак, но простой. Произнося диагноз «лимфома Ходжкина», онкогематологи улыбаются и уверяют, что всего-то и надо перетерпеть несколько месяцев химиотерапии, а потом все пройдет, как и не было. Лишь в небольшом проценте случаев…

Юле не повезло. Она попала в этот самый небольшой процент случаев. Она прошла химиотерапию, ей сделали трансплантацию костного мозга…

Но лимфома, которая давным-давно должна была пройти, всякий раз возвращалась.

Юля очень боится, что врачи разведут руками и бросят ее. Юля вообще боится этого – что бросят. Так уж устроена у Юли голова, что бросить человека – это на ее взгляд самое страшное.

В самом начале своей болезни Юля даже не очень испугалась онкологического диагноза, а испугалась только, когда врачи сказали, что ради обследований придется перестать кормить ребенка грудью.

Отказаться от грудного вскармливания – это в Юлиной системе координат все равно что бросить младенца. А бросить – хуже смерти. Тут-то она и испугалась.

И наоборот. Юля говорит, что больше всех поддержал ее муж Антон. Поддержал тем, что с первых же дней Юлиной болезни недвусмысленно показал Юле, что не собирается ее бросать.

Не клялся в верности, не обещал всегда быть рядом с нею, а продолжал строить планы на будущее и даже подшучивать над Юлей, как будто та была совершенно здорова. Юля говорит, что это поведение Антона очень помогло ей особенно во время первой химии.

Оказывается, мысль «меня не бросили» для Юли сильнее температуры и тошноты. Потом оба раза, когда болезнь рецидивировала, Юля смотрела на врачей, которые склонялись над результатами Юлиных обследований, и думала – сейчас бросят.

Сейчас разведут руками и скажут: «Ну, все, мы ничего не можем сделать. Стратегия лечения меняется. Мы больше не будем стремиться к выздоровлению, а кто-то, не знаем кто, пусть стремится к повышению качества жизни в период дожития».

Какой-то подобной фразы Юля боялась даже больше. И хорошо, что врачи ни разу не сказали ничего подобного.

Теперь опять. Чтобы вылечить сложный Юлин случай лимфомы Ходжкина, все методы испробованы, кроме одного, самого современного и самого дорогого. Препарат Ниволумаб – революционное средство, которое заставляет организм человека самостоятельно уничтожать раковые клетки.

Только этот Ниволумаб не оплачивается государством, и его не может купить семья, где муж учит детей истории, а жена закупает запчасти для вертолетов. Поэтому «Фонд борьбы с лейкемией» собирает 200 000 рублей, чтобы Ниволумаб для Юли.

Такие деньги можно только собрать всем миром. И Юля боится, что весь мир, все эти незнакомые люди, которые могли бы спасти ее, не захотят о ней думать. Так она думает. Но вы же не бросите ее, правда?