Выжить, чтобы спасти родных

Жизнь 25-летнего Богдана похожа на сюжет приключенческого романа. Она как будто полностью состоит из испытаний на прочность. Раньше семье Богдана удавалось справляться со всеми бедами самостоятельно.

Но когда у молодого человека нашли редкое заболевание крови, и единственным шансом на выздоровление оказалась пересадка костного мозга, стало ясно, что на этот раз без поддержки не справиться.

Начало 1990-х. Грузино-абхазский конфликт. Тогда Богдана еще не было на свете. Его мама, в то время еще молодая девчонка, вместе с родителями бежала из Грузии в Приазовье, к пожилой родственнице.

Женщина приютила родню, но вскоре умерла, а ее дом по завещанию отошел другим людям. Семья беженцев осталась на улице ни с чем.

Людмиле Никитичне, будущей бабушке Богдана удалось устроиться смотрителем на кладбище. Это была настояща удача, ведь смотрителю полагалась служебная жилплощадь – сторожка без света, воды и отопления.

Через пару месяцев умер муж Людмилы Никитичны, и она с дочерью Яной осталась жить в сторожке. Скоро у Яны случилась первая любовь, которая, правда, быстро закончилась.

Из приданого у девушки была только пара стареньких кофточек, а такая невеста родным ее молодого человека оказалась не нужна. Свадьбы не случилось.

А в августе 1993 года на свет появился Богдан.

Молодая мама Яна устроилась на работу, Людмила Никитична так и сторожила на кладбище, при этом успевала присматривать за внуком.

«Сказать, что было тяжело – ничего не сказать, – признается она. – Целый день носишь воду ведрами, собираешь ветки по округе, чтобы топить буржуйку. Однажды не выдержала, разрыдалась перед начальством: помогите со светом! У внука нос сажей забит!» Так в сторожке появился свет.

А через некотрое время Людмила Никитична рубила собранные по заброшенным дачным участкам колышки, и ее заметил Василий Афанасьевич, разнорабочий и такой же вынужденный переселенец, но только из другой бывшей союзной республики. Они познакомились.

«Когда Василий Афанасьевич впервые вошел в сторожку, то оглядевшись, пообещал, что на дом обязательно заработает, –рассказывает Людмила Никитична. – И слово свое сдержал».

Правда, в небольшой собственный домик семья перебралась уже с двумя детьми и без Яны.

Яна встретила мужчину, которого, как ей казалось, по-настоящему полюбила. Но ее избранник выпивал, распускал руки. А Яна терпела. В 1998 году у Богдана появился младший брат Андрей. Сразу же после его врачи заподозрили у малыша серьезные ментальные нарушения. Как только диагноз подтвердился, отец ребенка исчез из Яниной жизни. И, как бывает, беда пришла не одна.

«Яну начали мучать страшные головные боли. Когда она, наконец, пошла к врачу, вяснилось, что у нее опухоль мозга, – вспоминает Людмила Никитична. – Дочка отвела Андрюшку в социальный центр «Доброта», пришла домой и покончила с собой».

Семье Ивановых еще многое пришлось пережить. Но все-таки, эта история о Богдане. Несмотря ни на что, он рос, учился, с детства был «на хозяйстве», а все свободное время посвящал любимому увлечению – гиревому и рукопашному спорту.

Время, проведенное на тренировках, было отдушиной, полученные медали – возможностью доказать себе, что всего в жизни можно добиться, были бы силы и воля. Как только парень окончил техникум и получил диплом программиста, его тут же забрали в армию.

Командир предлагал спортивному и целецстремленному парню сверхсрочную службу, но Богдан отказался. Торопился домой. Там его не просто ждали, в его помощи остро нуждались.

У бабушки нашли болезнь Паркинсона, поэтому заниматься огородом и растить Андрюшку бабушке было очень тяжело. Пенсии Василия Афанасьевича не хватало в семье даже на самое необходимое.

Богдану нужно было срочно искать работу и во что бы то ни стало осуществить мечту: получить высшее образование. Он хотел крепко встать на ноги и ни в чем больше никогда не нуждаться.

Богдан успешно сдал вступительные экзамены в краснодарский филиал Санкт-Петербургского института внешних экономических связей, экономики и права. Правда, поступал на заочное отделение, иначе никак не получалось бы работать и одновременно учиться.

«Целыми днями в разъездах: ремонтировал компьютеры, устанавливал программы. Придет домой, все на листочке посчитает: сколько на хлеб, сколько на молоко, 50 рублей просит на сессию отложить. Каждый рубль был на счету. А когда ему предложили в воинской части работу по специальности, да еще и постоянную, ту, о которой он мечтал, счастью не было конца. Только надо было медкомиссию пройти, и казалось, что все горести позади».

Тут-то и выяснилось, что недомогание и слабость, от которых Богдан отмахивался, списывая все на усталость, это не следствие недосыпа, а симптомы очень редкого и тяжелого заболевания крови: апластической анемии.

Это значит, что иммунная система организма внезапно и по неизвестной причине дала сбой: начала бороться против своих же клеток костного мозга.

В итоге, к тому времени, как Богдан оказался у врача, ни эритроцитов, ни лейкоцитов и тромбоцитов в его крови уже почти не осталось.

Парня срочно госпитализировали в краснодарскую больницу. Но несколько месяцев терапии не помогли. Форма заболевания оказалась слишком тяжелой.

Единственная возможность выжить в случае Богдана – сделать пересадку костного мозга, полную «перезагрузку» кроветворной системы.

Процедуру готовы провести в Санкт-Петербурге врачи НИИ ДОГиТ им. Р. М. Горбачевой. И что очень важно, потенциально совместимые доноры есть в Российском регистре. Это значит, что удастся сохранить драгоценное время. Стоимость поиска, проверки донора и забора клеток обойдется сравнительно недорого.

Сама процедура пересадки покрывается квотой. Но деньги на поиск донора пациенты должны найти самостоятельно. Если сравнивать с поиском донора за рубежом, за который пришлось бы заплатить около 1,5 миллионов рублей, стоимость поиска в Российском регистре относительно невелика.

Семье Богдана нужно найти «всего» около 350 000 рублей. Плюс деньги на оплату препаратов, необходимых для поддержки организма после пересадки. Но стоит ли говорить, что таких денег у семьи нет?

Богдану помогали друзья, односельчане, члены городского совета и администрация края. Но то, что получилось собрать, уже потрачено: с тех пор, как парню поставили диагноз, прошло уже почти два года. Два года лечения, больниц и полной неизвестности.

Сейчас Богдан в больнице на поддерживающей терапии. Она нужна, чтобы дотянуть до трансплантации. Дома его не просто ждут, без него невозможно представить будущее семьи, в частности, младшего брата, который не сможет жить самостоятельно.

«С пенсии нам нужно только самое необходимое. Остальное – Богдану в больницу отправляем, – объясняют бабушка и ее младший внук. –Андрей очень тоскует по брату. По выходным идет в церковь, просит Бога и людей помочь. Все до копейки откладывает для Богдана».

Андрея, который каждые выходные стоит у храма, прося о помощи, в городе знают и жалеют. Но до необходимой суммы пока еще как до Луны...

Фонд AdVita собирает 450 000 рублей для того, чтобы оплатить лечение Богдана Иванова. Этих денег хватит на оплату поиска донора костного мозга в Российском регистре и поддерживающие препараты, которые понадобятся Богдану после пересадки.

Мы не знаем, сколько еще придется пережить Богдану и его семье, но можем помочь преодолеть испытание, которое парень проходит сейчас.

Мы верим, что на этом его личная «полоса препятствий» закончится, что он выйдет победителем из этого испытания. Потому что дома его не просто ждут – без него там не справятся.