Генетический анализ для Андрея

«Золотой мой, – говорит Эльвира и гладит сына по голове. – Мое позднее счастье».

Андрей – музыкальный мальчик, он очень любит, когда звучат разные мелодии, у него прекрасный слух. А еще он хорошо говорит, вот только поддерживать разговор не умеет. Играть самостоятельно, без взрослых, у него тоже не получается.

И еще у него нет чувства опасности: может выбежать на проезжую часть во время прогулки, прыгнуть в воду. На улице Эльвире приходится крепко держит сына за руку. Она – ближайший друг сына.

У Эльвиры даже мысли не было, что причина ее недомогания – беременность. 44 года – поздновато уже, да и токсикоза нет.

Женщина думала, у нее простая киста. Врачи в больнице с ней согласились, даже не стали делать УЗИ: «прокапали», выписали курс антибиотиков и выписали домой – «долечиваться».

Когда Эльвира пришла в женскую консультацию, чтобы закрыть больничный лист, ей стало плохо. Женщина упала в обморок. Ее откачали, стали спрашивать, что да как. Сделали УЗИ – вдруг «киста» разорвалась?

Неожиданно доктора стали как-то странно переглядываться между собой, Эльвира занервничала. «Да что там?!» – она даже заплакала от страха.

«Не волнуйтесь! Тут… в общем, вы беременны, шесть недель уже», – последовал ответ.

Эльвира не сразу поверила в услышанное. Дочке уже 18 лет, а тут вдруг – новый ребенок. Готова ли она морально и физически? Врачи тоже стали говорить: «Подумайте!». Под действием эмоций Эльвира записалась на аборт, но все три дня ожидания проплакала – не могла решиться.

В женскую консультацию она пришла с твердым решением: «Буду рожать».

На восьмой неделе Эльвира узнала, что у нее будет мальчик. Беременность прошла в целом легко, только на седьмом месяце у начался поздний токсикоз, стали сильно отекать ноги. Эльвира работала администратором продовольственного рынка – на ногах с 8 утра до 20 вечера. Она думала, что отеки – это нормально. Правда, последние полтора месяца все же пролежала на сохранении.

Андрей родился на первый взгляд совершенно здоровым. «А потом нас выписали домой – и началось», – вспоминает женщина. Мальчик почти не спал, плохо ел. Весь первый год Эльвира мечтала только об одном – выспаться самой и наладить сон Андрея. Она даже не замечала, что и развивается сын с отставанием – не гулит, не смотрит на игрушки. Только бы выспаться!

Правда, когда мальчику пришло время вставать на ножки, она забила тревогу – больше года, а он не ходит. Ребенку назначили курс массажа – мальчик пошел. Но тут появилась другая проблема – Андрей не отзывался на свое имя.

Эльвира звала до хрипоты: «Андрей, Андрей, иди сюда, Андрей, посмотри на меня, Андрей!» – никакой реакции. И снова начались проблемы со сном, теперь Андрей просыпался ночью и кричал.

Мальчику было три, когда Эльвира показала его известной врачу-психиатру. Медик назначила мальчику нейролептики – психотропные препараты, которые и взрослым-то назначают с осторожностью.

«А может, это генетика? Не нужно проверить?» – спросила Эльвира осторожно. «Да зачем? Что это поменяет? Не надо ничего проверять», – ответила доктор.

От психотропных препаратов у Андрея начался откат в развитии. Эльвира повезла сына в Национальный центр психиатрии и неврологии имени Бехтерева. Врачи собрали консилиум и составили схему лекарственной терапии, отменив нейролептики. Там же рекомендовали обязательно пройти генетический тест, чтобы по крайней мере знать, от чего отталкиваться, как помочь.

Благотворительный фонд «Правмир» собирает 68 500 рублей на генетические исследования для Андрея.

«Что с тобой, мой золотой мальчик?» – раз за разом задается вопросом Эльвира. Давайте поможем найти на него ответ и самой маме, и врачам. С результатами этого теста медики смогут подобрать для Андрюши эффективное лечение.